January 16th, 2018

old

(no subject)

Марья Петровна приходит домой с работы,
а Игоря Михайловича еще нет и не будет долго.
Марья Петровна снимает в прихожей боты
и приступает к исполнению супружеского долга.

Марья Петровна знает: замужество - это латрия.
И вот она наливает в кастрюлю гулкой воды,
воздвигает ее на бледное пламя, бросает туда щепотку хлорида натрия
и немного грядущей еды.

Но покуда макароны, как грешники, шевелятся и варятся,
Марья Петровна думает о роботе,
о его гофрированном длинном хоботе
и фасеточных глазах из зеленого кварца.

Марья Петровна мечтала о роботе с детства,
чтобы пришел и прижал к своей стали, мягче которой нет.
И дело ведь даже не в хоботе, а в том что некуда деться
от теплоты, растекающейся по телу, как синий свет,

разбегающейся, как поезд, разливающейся, как Волга...
Тикают часики на столе, паук полотно прядет.
А Игоря Михайловича еще нет и не будет долго.
Может быть, сегодня он вообще не придет.